Март 2004

У каждого своя охота

Природа

Человек, у которого нет «охоты», — конченый человек. С другой стороны — и охота бывает разная, и подчас не сразу понимаешь, чего хочет тот или иной господин, отправляясь в лес с ружьем. В лесу или на болотах охотники не часто встречаются друг с другом, и судить о том, как они там проводят время можно только по косвенным признакам да по рассказам. По оставленному в лесу мусору: битому стеклу, упаковочным коробкам, по вещам, брошенным или утерянным, по побитым дробью и пулями консервным банкам, по расколотым тем же способом бутылкам, по прострелянным деревьям и даже по поваленному лесу, по различным безобразиям и огромным костровищам... А то и более серьезной беде — лесному пожару. Правда, к охоте это не имеет отношения.
Настоящие бывалые охотники в угодьях почти не оставляют следов. Разве что натоптанная бахилами в снегу площадка, где размещался охотник на номере, или пустая пачка из-под сигарет, аккуратно землей окопанное место от костра, да лыжня, протоптанная по «целяку». Таки е охотники до тишины и порядка в лесных угодьях составляют, к счастью, большинство. Вот такая у них культура поведения, скажут мне читатели, и будут правы.
Но каждый год весной на открытие утиной охоты собираются компании так называемых «охотников», любителей погулять после долгой зимней «спячки» на природе, подальше от шума городского, «оттянуться», а иногда и «погудеть», разумеется, вместе с ружьем и в одежде соответствующей. Часто ружьецо не помеха, а в виде пропуска — для жены или тещи — мол, на охоту благоверный муж или зять отправился. Правда, выползают такие мужи редко, один раз в год и именно на открытие — такая традиция. Как там у них это открытие происходит в природе, представить нетрудно, но следы остаются иногда и на их физиономиях. После такой охоты надо дня три в норму приходить. Но кому-то это нравится, а кому-то нет.
Так, в прошедшую весну собрались мы с приятелями на селезней поохотиться. Долго выбирали место, в какие бы места направиться, благо, что выбор есть. Рассказывать о приготовлениях не буду. Каждому мало-мальски зараженному этой страстью человеку известно, что охота начинается за неделю до того, когда ты сможешь, наконец, выехать и добраться до угодий. Подготовка к охоте — это как песня, как стихи.
Стоим перед столом в Обществе, ждем путевку, платим деньги, переминаемся с ноги на ногу. Все как всегда. Вдруг из коридора выныривает зампредседателя Общества и прямо к нам, улыбается во все лицо. Поздоровались мы с ним, смотрим, соображаем, чего это он радостный такой.
— Мужики! — говорит зампред, — вы, я вижу, на охоту, молодцы. Давайте с нами на рыбхозовские пруды, а? На озера. Вместе веселей. Автобус будет. С комфортом доедем. Встретим зорьку во всеоружии. Соглашайтесь, а то у нас недобор получается…
Мы с товарищем озадачились. Предложение заманчивое и неожиданное. Место, прямо скажем, там «блатное», уток во все года там много. Переглянулись еще раз и поинтересовались:
— А, скажи-ка, братец, кто поедет и сколько всего народу будет?
Зам. оживился еще более, начал перечислять фамилии, в основном, почти не было знакомых бывалых охотников.
— Да человек двадцать-двадцать пять вместе с вами. Чужих почти никого, все «свои», — закончил он с нажимом на «свои».
Я прикинул — в рыбхозе пять больших прудов, камыша много, места хватит на всех, охота может получиться отменная. Уже хотел я сказать «ладно, согласен» — но зампред опередил:
— Вижу, вы согласны. Но у меня условие — позвоните Саше Фролову, сагитируйте его с нами… Вы же с ним приятели.
Мой друг отозвался:
— Фролова агитировать на пруды не надо, он охотник настоящий. Если надо, на пруды пешком дойдет, без автобуса. Туда, почитай, каждый считает за счастье попасть на открытие.
И вот тут зампред все испортил:
— Только пусть Фролов гармошку обязательно захватит. А то без музыки какое открытие, надо же отпраздновать по-людски. Мы его как гармониста и приглашаем, для него выпивка бесплатно…
Мы с товарищем опять переглянулись и решили молча путевки не переписывать. Зампред исчез, куда-то ускакал, ухватив под руку незнакомого нам человека, а мы и ушли молча.
Когда садились в машину, мой приятель пробурчал:
— Двадцать пять пьяных мужиков с ружьями и гармошкой — это, пожалуй, многовато даже для пяти прудов. Спасибо, мы ученые.

О. Луганин

журнал «Арсенал Охотника» №3 март 2004 г.
при перепечатке ссылка на журнал и сайт ОБЯЗАТЕЛЬНА!!!