В музеях мира уже давно красуются в своих неизменных, скованных позах скульптурные барельефы Ассирийского и Вавилонского царств, сверхъестественные, грузные крылатые быки и львы с человеческими головами, неподвижные и однообразные цари с завитыми бородами. Сколько их, древних исполинских колоссов, таинственных, наивных, но по­своему величественных, сохранилось до наших дней не только в долине Нила, на берегах Тигра и Евфрата, среди развалин дворцов, но и в подземных и нагорных храмах Индии, среди тропических пальм Цейлона. Мы, современные скульпторы, продолжаем искусство, история которого поистине необъятна. Жажда искусства никогда не будет томительной. Чем больше человек стремится к родникам искусства, тем сильнее он осознает радость познания и красоту бытия. Величественная фантазия повествует о том, как из вечного безграничного хаоса возник космос — весь мир. Из хаоса произошла и богиня земли — Гея. Когда из бесформенного хаоса рождалось все живое, родился и златокудрый Аполлон — покровитель искусств, а из морских волн возникла вечно юная Афродита — богиня красоты и любви. Искусство зародилось на заре человечества, и греческая мифология осмысливает красоту и в природе, и в жизни, и в искусстве. Много веков тому назад Афины были подлинным центром пластических искусств мира. До сих пор тысячи экскурсантов — паломников из всех стран мира — приезжают сюда дышать чистым воздухом возвышенного искусства. «Семью чудесами света» называют самые прославленные в древности произведения архитектуры и скульптуры. К ним относят и египетские пирамиды, и висячие сады Семирамиды в Вавилоне, и статую Олимпийского Зевса работы Фидия, и другие прекрасные создания рук человеческих...

Когда видишь перед собой остатки величественной красоты, которая была в таком обилии сосредоточена на Акрополе, воочию убеждаешься, как противостоят друг другу искусство и опустошительные войны. Время и ветры не так уж опасны прекрасным творениям. Бесценные сокровища человечества, украшавшие Акрополь, были загублены римскими завоевателями, фанатиками крестовых походов. Ярость и невежество не знали границ и предела. По приказу тиранов дикие насильники сбрасывали великолепнейшие статуи на землю, разбивали их на куски. Особенно пострадал Парфенон от взрыва в 1678 году, во время войны турок и венецианцев. Даже по обломкам мы можем судить о загубленной красоте. Больше всего сохранилось остатков творений Фидия и его учеников в Британском музее (Лондон). Зал, в котором находятся обломки работ Фидия, носит название Элгинского зала. Был такой лорд Элгин, который вывез из Греции шедевры Парфенона. Как бы я хотел видеть драгоценные парфенонские мраморы не в туманном Лондоне, а под голубым и высоким небом Аттики! Подлинная красота прекрасного искусства вечно живет в памяти народов и поколений. Мраморный храм Парфенон, венчавший вершину афинского Акрополя, олицетворяет содружество самых совершенных форм архитектуры и скульптуры... На фронтонах Парфенона солнце поднималось над морем, и посланцы богов оповещали о рождении мудрой Афины. Богиня состязалась с неукротимым Нептуном в создании полезного, за владычество над Аттикой. На многих рельефах была запечатлена вся история Афин. Наш… зритель имеет возможность в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина увидеть великолепные слепки многих скульптур Парфенона. Как превосходны и трепетны богини судьбы — мойры — в волнах своих легких одежд. Сколько совершенства в знаменитых метопах! На этих квадратных плитах мы видим эпизоды битв афинян с кентаврами — дикими, взбесившимися полулюдьми­полулошадьми. Все эти композиции выполнены с изумительной чистотой, строго, точно и благородно. Фидий был творцом и создателем не только храма Парфенона. Под многими грандиозными статуями Эллады его резцом была высечена надпись: «Меня сделал Фидий, сын Кармидов. Афинянин». Произведения скульпторов античности рождали энтузиазм народа. Статуи любили, ими гордились, их изображали и на деньгах, и на вазах, и на государственных документах. Героические образы приносили великую пользу. Во имя этого и расплавляли металл, и превращали глыбы мрамора в совершенные статуи. На щите, прислоненном к ноге Афины Паллады, с наружной стороны Фидий изобразил битву с амазонками. И среди других фигур — себя в виде нагого старца. Таким образом, по копиям щита до нас дошел своеобразный «автопортрет» величайшего скульптора....Мифы Древней Греции рассказывают нам о художнике Пигмалионе, который, ненавидя женщин, в своем уединении однажды создал из белой слоновой кости статую девушки Галатеи. Она поразила художника своей красотой. Пигмалион влюбился в созданную им статую. Он шептал Галатее слова любви. Но статуя была нема. Тогда богиня красоты Афродита вняла мольбе Пигмалиона: статуя ожила. Галатея стала женой скульптора. В этой легенде большой смысл. Все пластическое искусство от мертвых схем всегда шло к жизни, к человеку, к его сокровенным думам. Мифологическая богиня красоты и любви златокудрая Афродита одухотворила не только статую, созданную Пигмалионом, но «оживила» многие произведения скульптуры, высеченные не столько резцом, а прежде всего страстным и вдохновенным сердцем художника. Вдумайтесь в смысл стихотворения «Скульптор» прекрасного русского поэта Евгения Баратынского.

Когда осмысливаешь великие произведения, оставленные нам в наследство ваятелями античности, прежде всего поражает их сознательное стремление раскрыть все величие и безмерную красоту человека. Культ идеального тела был рожден духом Эллады. Юноши тех времен и в жизни стремились походить на статуи, изваянные скульпторами. Культ здорового тела уже тогда означал борьбу и за высокое нравственное совершенство. И в пятом веке до нашей эры скульпторы искали нормы красоты в великом и в малом. Прекрасные человеческие формы воплощали в себе и лучшие черты характера человека. Знаменитый скульптор Поликлет, живший в греческом городе Аргосе, современник и соперник Фидия, создал ряд прекрасных статуй, в которых воплотил самые идеальные и совершенные соотношения частей человеческого тела. Статуя нагого юноши «Дорифор» работы Поликлета заслужила название «канона» как модель и образец для других ваятелей. Но жизнь оказалась сильнее самых безукоризненных канонов, основанных на математическом соотношении частей тела. В каждом человеческом теле, в каждом образе своя неповторимая красота, страсть и сила, которые не поддаются никаким, даже самым точным, измерениям. Великолепные знания соразмерности и гармонии, точность и строгость выполнения характеризуют лучшие произведения античности. Но именно тогда в результате многих исканий художники ясно осознавали, что арифметика и «средние величины» не могут быть основой творческого вдохновения и воображения. Мастера античности уверенно отходили от скульптурных и иных канонов. Они не подражали, а, опираясь на свой эстетический вкус как первооткрыватели красоты, создавали свое новое и неповторимое. С полной свободой стремились они раскрыть всю красоту и своеобразие прекрасного человеческого индивидуума. Скульпторов увлекли не только идеальные формы здорового человеческого тела, но прежде всего одухотворенность образа, глубокое проникновение в сложный внутренний мир человека. Скульпторы «Золотого века», века Перикла — прославленного вождя демократических Афин, уже вплотную подошли к человеку... Их герои улыбаются, торжествуют, мечтают, изумляются и любят. Каждое из таких несравненных изваяний с полным правом также можно было бы назвать человеческим чудом. Поэтому понятие «семь чудес света» весьма условно.