Утро вечера мудренее... Но, не всегда
То было наше первое путешествие, как принято было раньше говорить, «по родному краю». Мы уже обзавелись большими, надувными лодками, палатками и прочим необходимым туристическим снаряжением. Для своего первого сплава выбрали реку Друт.
лугов и, все еще, обширных лесных массивов и впадает в Днепр. Буквально за каждым поворотом реки нашему взору открывались чудесные пейзажи. Нередко мы специально высаживались из лодок, взбирались на доминирующие, береговые возвышенности и любовались открывающейся панорамой. На десятки километров от горизонта до горизонта простирались хвойные боры, березовые перелески, луга и голубая, извилистая нитка реки. Всё это залито солнцем, а прозрачный воздух так напитан ароматами хвои и цветов, что его ощущаешь и легкими, и всем своим существом.
В наши планы входило не только попутешествовать и набраться сил от родной природы, но и заниматься подводной охотой на рыб. Московские наставники уверяли, что вода в Друти очень прозрачная, а рыбы, большой и маленькой, сколько хочешь. Увы, вода оказалась совсем мутной, и потому выяснить, сколько же и какая рыба в реке нам не удалось: два рюкзака подводного снаряжения остались невостребованными.
Стоянки мы делали в самых удобных и живописных местах то на одном, то на другом берегу реки. Располагались обычно на двачетыре дня. Но однажды мы простояли всего полдня и ночь...
Как только наши жены увидели на правом берегу это место, сразу же, несмотря на то, что до вечера было еде далеко, потребовали сделать остановку и обосноваться тут, хотя бы, на несколько дней. Местечко, действительно, было чудесным: от самой воды
берег умеренно круто поднимался на пятиметровую высоту, где начинался абсолютно ровный огромный луг, со всех сторон окаймленный лесом. На лугу не было никаких признаков даже редкого пребывания человека: всюду по пояс цветы. Украшением этого райского уголка была дюжина огромных раскидистых дубов, стоящих, как обычно, вдалеке друг от друга и дававших нашему лагерю тень и желанную прохладу.
Жаркий день подходил к концу. Мы наигрались с детьми, наелись ежевики из ближайшего леса. Часто бегали к реке и купались. Для этого был хороший сход к воде и среди травы крохотный, в два квадратных метра песчаный пляжик. Недалеко от него, пол кроной векового дуба мы установили свои палатки, и, намаявшись за день, довольно рано улеглись спать.
Среди ночи жена толкает меня вбок: «Виталик, Виталик, проснись. Слышишь? Что это?». В те годы я спал очень крепко и не сразу понял, что ей от меня нужно. Но уже в следующий момент под нашим берегом в воде чтото так плюхнуло, что сон с меня как ветром сдуло.
–
Слышишь? дрожащим голосом, совсем рядом снова шепчет жена. Конечно я слышу – такое не услышать невозможно. Через какоето время тишину ночи вновь взрывает всплеск такой силы, как будто в воду бросили лошадь. Причем, плашмя. Мне известно, что так ведут себя ночные хищники – сомы, но какой же должен быть сом, чтобы создавать такие громоподобные звуки? Все равно успокаиваю жену этой версией, стараясь придать своему голосу побольше уверенности.И Антонина, и Валерий в соседней палатке, как оказалось, тоже не спали. Мы потихоньку стали с ними переговариваться, строя разные предположения. Наконец, Валерий не выдержал и, взяв фонарик, вылез из палатки. Он светил на темную воду реки, на берег, но ничего не обнаружил и вернулся ни с чем. В это время «буханий» не было. Но минут через двадцать опять удар... Одним словом, только под утро мы смогли подремать в тревожном, нервном сне.
Утро было таким ярким, звенящим и щебечущим, что, вспомнив ночные страхи, впору было усомниться, что всё это не приснилось. Ребята наши пошли на пляжик умываться и вскоре мы к ним присоединились. И вот тут я увидел то, чего и сегодня, спустя четверть века, не могу объяснить, хотя бы приблизительно. На гладком песочке у самой воды был очень четкий отпечаток босой детской ножки. Остальное пространство пляжика уже затоптано нашими детьми, но их следы были почти в два раза больше. Мы все уставились на маленький отпечаток...
Идей по поводу его происхождения не было. Деревень или другого человеческого жилья поблизости нет мы это знали точно. Может зверь? Медведь, к примеру? Отпечаток лапы косолапого действительно смахивает, на след человека, но перед нами был идеальной формы, с пятью пальчиками и без всяких когтей человеческий след. Только очень маленький. Появиться он мог только ночью, так как песок небольшой волной с реки был выровнен ещё вечером. Ночью ветра не было...
Завтрак прошел без обычного веселья. Я понимал, что оставаться в этом месте ещё хотя бы на ночь для наших жен будет чрезмерным и ненужным испытанием, и потому предложил сниматься и плыть дальше. Со стороны взрослой части нашей компании предложение было принято без раздумий и единогласно.
С тех пор прошли годы и десятилетия. Я побывал в таких «медвежьих углах», рядом с которыми река Друть
– просто курортное местечко. Очень много повидал и неизвестного, и необычного, но всему и всегда сам или с помощью других, находил объяснение. Случаю же в Белоруссии отгадки так и нет...